После последних выборов Никол Пашинян впервые подробно высказался об анклавах и эксклавах. На брифинге с журналистами он заявил, что Армения и Азербайджан должны решить этот вопрос, и впервые напрямую связал тему анклавов с оккупированными территориями Армении. «Я не могу заявить, что мы отказываемся или можем отказаться от темы анклавов и эксклавов. Нет, мы должны пойти и найти решение этого вопроса. Какими будут эти решения — это уже вопрос обсуждения», — сказал он.
По словам Пашиняна, проблема существует, однако какого-либо решения или договоренности пока нет. Он подчеркнул, что эти вопросы будут урегулированы в процессе делимитации. Ситуацию премьер назвал зеркальной: есть Арцвашен, есть и азербайджанские анклавы. По его словам, решение, которое будет принято в отношении Арцвашена, станет принципом урегулирования и остальных подобных вопросов.
Пашинян заявил, что село Арцвашен является армянским эксклавом, находящимся под контролем Азербайджана, хотя согласно принципам, закрепленным Алма-Атинской декларацией 1991 года, оно остается суверенной территорией Республики Армения. При этом он проигнорировал тот факт, что Арцвашен и другие анклавы имеют принципиально разное стратегическое значение, а также то, что в случае его возвращения вряд ли кто-то поедет туда жить.
«Если мы исходим из предположения, что кто чем владеет, то это его, то это означает, что мы снимаем с повестки дня вопрос территорий Джермука и остальных наших оккупированных территорий. Мы должны идти де-юре путем, по тем картам, которые лежат на столе и по которым мы уже провели делимитацию на участке Тавушской области», — сказал Пашинян, отвечая на вопрос о том, должен ли вопрос считает ли он, что вопрос Тигранашена сейчас должен стать предметом обсуждения и быть выведен за рамки нашей карты, как Арцвашен отмечен красным на карте Азербайджана, и стоит ли на столе вопрос обмена.
Однако после передачи четырех тавушских сел в 2024 году процесс делимитации фактически остановился. За два года стороны лишь договорились продолжать его с севера на юг — от участка границы Армения — Азербайджан — Грузия в Тавушской области до Сюника. Когда очередь дойдет до оккупированных Азербайджаном армянских территорий, а также до анклавов, стороны не уточняют. Не раскрывается и то, какое именно решение они рассматривают в отношении анклавов.
«Когда будут варианты, мы выступим перед народом. Я всего лишь говорю, что мы должны зафиксировать: этот вопрос существует, ситуация зеркальная. Какое решение будет в случае с Арцвашеном, такие же решения будут и в случае с остальными. Потому что если мы скажем: знаете что, на этой карте это есть, но нас это не интересует, то мы дадим Азербайджану возможность сказать: да, территория Джермука есть на карте, но нас это не интересует, потому что она под нашим контролем», — отметил Никол Пашинян.
Об анклавах Пашинян говорил еще пять лет назад, в 2021 году, отмечая, что Азербайджан поднимает этот вопрос, однако тогда он ставил под сомнение правовые основания таких требований. Теперь же он не только фактически признает эти основания, но и связывает вопрос анклавов с территориями, оккупированными в результате двухдневной войны в районе Джермука, а также с землями, занятыми Азербайджаном в мае 2021 года без единого выстрела. После этого заявления некоторые политологи высказали мнение, что Пашинян повторяет позицию ОДКБ, представители которой ранее заявляли, что отсутствие делимитации и демаркации не позволяет однозначно урегулировать приграничные споры. Теперь, по их мнению, сам Пашинян говорит о необходимости решать эти споры путем обмена территориями.
В тот же день тему анклавов затронул и министр иностранных дел Азербайджана Джейхун Байрамов. «Комиссии по делимитации работают, у нас уже есть положительные результаты. Конечно, в рамках этого процесса будут обсуждены и решены также вопросы, касающиеся эксклавных сел», — заявил он, подчеркнув, что делимитация продолжится с севера на юг. По разным оценкам, площади армянского и азербайджанских анклавов примерно сопоставимы. Площадь Арцвашена составляет около 40 квадратных километров, тогда как площадь азербайджанских анклавов — трех сел в Тавушской области и Тигранашена — в совокупности достигает примерно 44 квадратных километров. Однако их стратегическое значение принципиально различается.
По мнению политолога Сурена Золяна, Пашинян связывает вопрос анклавов и эксклавов с суверенными территориями Республики Армения, чтобы подготовить почву для возвращения азербайджанских анклавов и оправдаться: мол, если мы их не вернем, то не сможем потребовать назад свои оккупированные территории. По сути, Пашинян прямо признает, что собирается передать Тигранашен и три тавушские деревни. Как отмечает Золян, раньше он не говорил об этом напрямую, а лишь утверждал, что не может не вернуть Арцвашен, подразумевая взамен передачу азербайджанских анклавов. Однако после выборов, по словам политолога, он уже заявляет об этом открытым текстом: «Он просто создает неразбериху; территории Джермука и Арцвашена совершенно разные. Он ставит их в одну плоскость, чтобы обосновать их сдачу. Более того, он даже указал направление, в котором все должно развиваться. То есть, если к Арцвашену, Джермуку и Черному озеру (Сев лич) он обратится в самом конце, то сначала через Иджеван дойдет до Тигранашена, а уже потом они будут обсуждать, что делать дальше. Это означает, что вопрос уже детально обсужден. Естественно и то, что Байрамов торопит события, так как они тоже знают: у Пашиняна на самом деле нет большинства и мандата народа. Независимо от того, что он сам об этом говорит, факт остается фактом — большинства у него нет. В дальнейшем он столкнется с серьезными проблемами — как связанными с Ираном, так и с продвижением вопроса Зангезурского коридора и так далее».
Сдача трех анклавов в Тавушской области, по оценке Золяна, может привести к катастрофическим последствиям: «Три деревни, которые находятся в самом центре области, станут очень проблематичной зоной. Я помню, как в 1991 году мы были вынуждены ехать с российскими депутатами из Ноемберяна в Иджеван через Степанаван. Один раз поехали через лес и чуть не попали под обстрел — спаслись только благодаря опытному водителю. После этого приходилось ехать через Степанаван, огибая всю Армению. То есть эти анклавы хоть и малы по площади, но занимают ключевые позиции. Я уже не говорю об экономических потерях: после их передачи придется строить новые дороги. Но сколько бы дорог ни построили, возможности защищать их больше не будет, и в случае нового конфликта они однозначно перейдут к Азербайджану. Значение Арцвашена и азербайджанских анклавов совершенно разное. Требование о возвращении Арцвашена не выдвигалось даже самими арцвашенцами, и неизвестно, кто туда вернется и вернется ли вообще хоть кто-то. Кого нужно убеждать возвращаться в изолированную от Армении территорию с непонятным статусом? В то же время азербайджанские анклавы находятся на стратегических дорогах Армении: одна ведет в Грузию, другая — в Иран, и их стратегическая ценность совершенно иная».
По мнению политолога, в ближайшее время риторика Пашиняна, связанная с угрозой войны, станет еще жестче: «[Будет говориться], что если мы не отдадим эти анклавы, то начнется война, мы потеряем наши суверенные территории и так далее. Получается: чем больше территорий мы отдадим Азербайджану, тем более независимыми станем». Золян недоумевает и считает, что Пашинян публично лжет ради продвижения своего плана: «Непонятным было его упоминание о том, будто Минская группа в свое время обсуждала вопрос анклавов. Уверяю вас, эта группа никогда его не обсуждала, поскольку у нее был четкий мандат — заниматься исключительно карабахским вопросом». К слову, Золян не исключает, что в ближайшем будущем азербайджанская сторона может также потребовать приграничное с Мегри село Нрнадзор, ранее населенное азербайджанцами и носившее название Нювади.
Лусине Шахвердян
