На днях Генеральный прокурор РА Анна Вардапетян приняла председателя Международного уголовного суда Томоко Аканэ. С улыбкой она обсуждала вопросы сотрудничества. Возникает вопрос: о чём именно идёт речь, если прошло уже более двух лет с момента ратификации Арменией Римского статута (февраль 2024 года), но до сих пор не было подано ни одного заявления или иска в Международный уголовный суд? Создаётся впечатление, что вокруг Римского статута продолжается своего рода политическое шоу. В конце 2023 года, когда правящая команда готовила почву для ратификации документа, в качестве основной цели называлась возможность подачи международных исков против Азербайджана и усиление гарантий безопасности для населения Армении и Арцаха.
«Решение о ратификации Римского статута было принято в декабре 2022 года, когда стало очевидно, что инструменты ОДКБ и армяно-российского стратегического партнёрства недостаточны для обеспечения внешней безопасности Республики Армения. Это решение никоим образом не направлено против ОДКБ или РФ», — заявлял Никол Пашинян в сентябре 2023 года, и наивная часть армянского общества в это верила. Однако звучали и критические оценки. Депутат оппозиционной фракции «Армения» Артур Хачатрян в интервью радиостанции «Азатутюн» (Радио Свобода) отмечал: «С одной стороны, вы подписываете мирное соглашение, а с другой — заявляете о намерении подать в суд. Это абсурд».
Вопрос: Что вы скажете теперь, два года спустя? Получается, Римский статут был чисто антироссийским шагом, сделанным по указке европейцев, чтобы пощекотать нервы Путину?
Артур Хачатрян: «Мы им говорили, что они лгут, что цель ратификации Римского статута — не Алиев. В условиях нынешней геополитической напряжённости этим шагом вы совершаете очередной антироссийский демарш, который, как показала практика, не приносит Армении никаких ощутимых выгод. Не было предпринято никаких реальных действий для привлечения к ответственности ни одного азербайджанского преступника. Более того, они согласились на очередное требование Азербайджана — обоюдный отзыв исков. При этом остаётся неясным, какие именно иски Азербайджан мог предъявлять против Армении. В то же время у Армении действительно существовал ряд исков против Азербайджана, в том числе по эпизоду геноцида арцахцев. Просто в очередной раз обманули народ, пошли на антироссийский шаг, тем самым еще больше углубив кризис в армяно-российских отношениях, публичные проявления которого мы в конечном итоге увидели в Москве. У меня есть большие опасения, что на саммите ЕАЭС 28–29 мая может быть выдвинут жесткий ультиматум. Последствия возможного выхода Армении из ЕАЭС или приостановки участия в нём, как представляется, хорошо понятны.»
Депутат не ожидает, что 28–29 мая страны ЕАЭС в одностороннем порядке прекратят членство Армении в союзе. Он отмечает, что товары из Армении в Россию должны поставляться без пошлин, однако обращает внимание на роль таких структур, как «Роспотребнадзор», «Росалкогольрегулирование» и «Россельхознадзор», которые, по его словам, могут использоваться как инструменты внешнеполитического давления. Учитывая, что основным рынком сбыта армянской сельскохозяйственной продукции является Россия, он задаётся вопросом о возможных последствиях ограничений на экспорт, включая запреты на отдельные товары.
Возникает вопрос, не стало ли единственным результатом ратификации Римского статута дальнейшее ухудшение отношений с Россией. В то же время часть правозащитников считает, что присоединение к Международному уголовному суду (МУС) могло стать дополнительным инструментом влияния в отношениях с Азербайджаном и дать Армении определённые тактические преимущества. Артур Хачатрян, в ответ на подобные оценки, выражает скептическое отношение к этой позиции. «Спасибо, что рассмешили меня», — сказал Артур Хачатрян.
Правозащитница Нина Карапетянц, представляющая демократическую партию «Против всех», последовательно поддерживает ратификацию Римского статута с момента обсуждения этого вопроса. По её мнению, подобные международные механизмы важны для защиты армянских интересов и прав. Она отмечает, что такие документы нередко воспринимаются как политический инструмент против отдельных стран, хотя в международной практике они используются шире.
«Подобные документы очень важны для нас, чтобы мы могли, используя их, защищать армянские интересы и права. В то же время в ряде случаев они воспринимаются как политический жест против отдельных сторон, и это не единственный подобный документ. В прошлом уже бывали ситуации, когда голосования в международных структурах не приносили Армении ощутимой практической выгоды, но соответствовали интересам других государств, например России.
Сейчас же Римский статут был принят этими властями просто для того, чтобы насолить РФ. Власти его не использовали, это было всего лишь PR-шоу, чтобы показать, какие они ужасно демократичные и ужасно прозападные. Между тем, его можно было использовать для привлечения к ответственности лиц, причастных в ведению военных действий, включая высокопоставленных государственных чиновников. Карапетянц также утверждает, что ряд событий — включая девятимесячную блокаду и геноцидальные действия в отношении населения Арцаха, нападения на Армению, военные действия против мирного населения, а также другие инциденты — могли бы стать предметом рассмотрения в международных судебных инстанциях. Однако Пашинян взаимно отказался от исков, и в МУС они не обращались, поскольку, согласно регламенту, от иска в МУС отказаться нельзя. В таком случае возникает вопрос: как он мог бы подать иск против высокопоставленных азербайджанских чиновников? «Никол Пашинян и интересы армянства — это два противоречащих друг другу понятия. Действия Пашиняна — это соучастие в геноцидальных действиях», — заявляет Карапетянц.
Сюзан Симоян
